Войти / Зарегистрироваться

«Только сильный может по-настоящему защищать»

10.11.2015 10:17

Добавить в закладки: 

В  октябре компании «Росгосстрах» исполнилось 94 года. Без малого — век. Каждый день «Росгосстрах» доказывает, что девиз «Под крылом сильной компании» — не красивые слова, а главный принцип работы на страховом рынке. По мнению генерального директора компании Дмитрия Маркарова, только сильный игрок способен обеспечить клиентам надлежащую защиту, как в спокойное время, так и, тем более, в экономически сложное. Подробности — в интервью порталу «ДЕЛОру».  

Эгоизмом по ОСАГО 

— Дмитрий Эдуардович, страховой рынок России сокращается. Темпы падают. Если бы не обязательное страхование автогражданской ответственности (ОСАГО), то не было бы и 2% роста, который мы наблюдали в первом полугодии. Рынок показал бы отрицательную динамику. Как в таких условиях оставаться на плаву? 

— Сразу скажу, что перед нами не стоит задача «оставаться на плаву». Мы планомерно работаем. Системный подход позволяет «Росгосстраху» нормально чувствовать себя и в это неспокойное время. Мы предполагаем, что к концу 2015 года в целом по компании рост составит порядка 16-17%.   

Вы правы, что в первом полугодии темпы роста рынка были на уровне 2%. При этом происходит рекордный рост концентрации бизнеса. Никогда такого роста не было: десятка крупнейших (игроков) собирает все больше. На фоне кризисных явлений в экономике вообще и в страховой отрасли, в частности, мы видим, что 10 лидеров (и «Росгосстрах» в их числе) развиваются быстрее, чем весь остальной рынок. 

— Но ведь существующие проблемы вас тоже касаются?..  

— Признаю: проблем у отрасли много. В частности, кризис в ОСАГО еще не закончился. Рост тарифов, который состоялся в два этапа (в октябре 2014 года и в апреле 2015-го), это, скажем так, некое лекарство, которое поддержало организм, но от болезни не избавило. Основных проблем в ОСАГО это не решило. 

Конечно, в Законе, принятом летом прошлого года, прописан ряд очень позитивных моментов. Но, к сожалению, эти новации пока не заработали в полной мере. И мы об этом не устаем говорить. Ключевая проблема отрасли — опережающий рост убыточности: при темпе роста рынка около 2% темп роста выплат значительно выше  9%. Причем, убыточность компаний по ОСАГО значительно больше, чем это могло бы быть в силу реальной аварийности. Прежде всего, потому, что у этого процесса есть еще и субъективные факторы. 

Продолжаются судебные разбирательства. Их много. В Ростовской области таких разбирательств больше, чем в среднем по российскому рынку. Это — бизнес для определенных групп людей. Они на этом зарабатывают. Попросту паразитируют и на ОСАГО, и на страховой отрасли, что чревато для рынка. Кризис, который случился в страховании, начался еще до кризиса в экономике, и как раз был обусловлен таким вот ЭГОИЗМОМ личностей, паразитирующих на системе. 

Конечно, Закон создал для этих процессов определенные препятствия. Так, актуально было появление института претензии. В чем смысл? Гражданин приходит за урегулированием убытков. У него на руках заключение независимого эксперта. На основании этой экспертизы страховая производит расчеты и выплачивает ущерб. Гражданин очень часто недоволен. И у него появляется право (а теперь и обязанность) обратится к страховщику с претензией. У СК  есть возможность перепроверить (уже своими силами) экспертизу и сделать перерасчет. Очень позитивный процесс. Например, у «Росгосстраха» 45% претензий урегулируются на уровне взаимодействия между нами и нашими клиентами, и они заканчиваются, как у нас говорят, ко взаимному удовольствию сторон. Но часть (претензий), тем не менее, идет в суд. Почему это происходит? Потому, что, сказав «А» (введя претензионный характер), его тут же постарались ограничить: на рассмотрение страховщику отвели (всего) пять календарных дней. Вы можете себе представить?! Человеку надо обратиться в страховую с правильным комплектом документов и у компании всего пять дней для того, чтобы проверить экспертизу, все расчеты, договориться и выплатить. Чаще всего, компании не успевают. Мы с трудом вписываемся в эти сроки, а очень многие страховщики — вообще не вписываются. 

Кроме того, наши оппоненты (партнерами их никак не назовешь) стараются изо всех сил фальсифицировать процесс. Например, тем или иным способом застолбить иную дату, документы отправить обычной почтой и так далее. Делают все, чтобы провалить процесс. Чаще всего, написав претензию в компанию, тут же пишут иск в суд, так как заранее уверены, что пойдут туда. 

Второй момент — методика. Законом предусмотрено: все расчеты в ОСАГО производить на основании единой методики и справочников, которые к ней прилагаются. Чтобы ни у одной из сторон (при возникновении страхового случая) не возникало лишних вопросов, не было предмета для споров. Так вот, у нас есть методика, как именно производить экспертизу, оценку ущерба. Но самое главное — справочники, которые делят нашу страну примерно на 15 экономических регионов. От них мы получаем огромное количество информации о стоимости норма-часов, запчастей и прочее. Если не ошибаюсь, речь идет о 300-400 миллионах показателей. Но, к сожалению, многие «клиенты» пытаются пользоваться иными формами расчета ущерба. Как в анекдоте про Василия Ивановича. Помните? «Услышал, что за карточным столом все джентльмены верят друг другу на слово. И тут мне карта поперла...». Суды часто не вникают, хотя также обязаны руководствоваться единой методикой. Они видят экспертизу страховой компании в размере (условно говоря) 100 рублей, они получают независимую экспертизу (от якобы эксперта-автоюриста) в размере 200 рублей. И чтобы никому не было «обидно», назначают выплату в 150 рублей. А нам обидно, потому что мы эти 50 рублей не предполагали. Это искажает нашу убыточность. А когда у нас это происходит, мы говорим регулятору: «Дай нам тарифы. Иначе мы не можем все аппетиты граждан обеспечивать». 

10 лет тариф не корректировался. ЦБ это досталось в наследство от Минфина, который долгое время занимал страусиную позицию, не меняя тарифа. А Банк России сначала получил лавину жалоб от всех. На всех уровнях. Причем кое-кто использовал эту возможность, как трибуну для продвижения тех или иных интересов. Там и законодатели отличились, и некоторые правительственные чиновники. Затем ЦБ, собрав всю «информацию», в два этапа осуществил коррекцию тарифа — 1 октября 2014 года и 12 апреля года текущего. Да, тариф вырос одновременно с ростом лимитов выплат сначала по «железу», потом по «жизни». И тут граждане заволновались: платить-то  приходится больше, а неприятно.

Дмитрий Маркаров родился 2 сентября 1958 года в Костроме. Российский управленец, один из основателей «Военно-страховой компании» и «Промышленно-страховой компании». В настоящее время — генеральный директор ОАО «Росгосстрах» и первый вице-президент ООО «Росгосстрах». Один из наиболее упоминаемых в СМИ представителей страхового рынка (в 2011 году — 15-ое место в рейтинге «В фокусе внимания», в 2012-м и 2013-м — 14-ое место, а без учета представителей органов власти и страховых ассоциаций, —  6-ое место). Является представителем Группы компаний РОСГОССТРАХ в профессиональных страховых объединениях. Член экспертных и общественных советов по вопросам страхования при органах власти.  
И не бонус, и не малус 

— Граждан еще возмутил тарифный коридор, который был установлен. Ведь раньше тариф был более-менее единым. Но с апреля 2015 года каждая СК может делать наценку до 20% на базовый тариф ОСАГО. И народ не понял, на каком основании это происходит. 

— Мое мнение — коридор полезен. Он дает страховщику возможность двигаться. Каждая компания смотрит на свои результаты в том или ином регионе и вносит в тариф коррективы. До 1 октября 2014 года тариф был единый. Затем, после первого увеличения в октябре 2014-го, законодательно установили коридор в 6%, а с 2015 года — 20%. И компания, в зависимости от рыночной ситуации, от убыточности своего портфеля может в этом интервале определять свой тариф. При этом СК должна установить единый коридор на территории субъекта РФ. Это не так, что один пришел в компанию, ему посчитали столько, а другому — иначе. К клиенту, кстати, подход дифференцированный. На основании так называемого КБМ (коэффициент «бонус-малус»*), который зависит от реальной истории управления автомобилем. И не только личной истории одного автовладельца, но и всех водителей, указанных в полисе ОСАГО. А там — много нюансов.    
Честно скажу: мы сами недовольны той моделью «бонуса-малуса», которая у нас принята. Сложно. Там куча классов, есть ограничения по общему изменению тарифа. Да это — целая наука, поверьте. 

— К тому же такая информация не всегда доступна простому обывателю... 

— Сегодня на сайте РСА (Российский союз автостраховщиков, — ред.) каждый клиент может проверить свой КБМ. Более того, когда человек приходит в компанию, то запрашивается его КБМ, и он все это может увидеть: автоматизированная система выдает ему его конкретный коэффициент. Это не секрет. Но только люди часто с этим не согласны. Они привыкли, что с каждым годом его бонус улучшается. Пусть даже на 5%. А тут ему говорят: «Извини, у тебя уже другой коэффициент». Даже несмотря на то, что есть три источника подтверждения КБМ — информационная база страховщика, база РСА и, наконец, справка компании, в которой автовладелец был застрахован. Но информация в этих источниках очень часто не совпадает. И в какой-то момент было принято решение, что актуальной является только информация из базы РСА. А она очень часто людей не устраивает. И начинают жаловаться. Сейчас, как раз, пошел большой поток таких жалоб. При этом есть нюансы, о которых граждане просто не знают. Например, если клиент досрочно расторг договор со страховщиком, то его «бонус-малус» обнуляется, если в полис вписано несколько человек, то КБМ устанавливается по более аварийному из них и т. д. А у людей часто возникает иллюзия по поводу их КБМ.

Конечно, количество жалующихся большое — около 20 тысяч. Цифра внушительная. До тех пор, пока не сравниваешь ее с общим «масштабом бедствия». А он следующий. В 2014 году количество проданных полисов ОСАГО приближалось к 50 миллионам экземпляров. На этом фоне десятки тысяч — это даже не промилле, а меньше. Выходит, для подавляющего большинства автолюбителей размер «бонус-малуса» не является принципиальным. Не это раздражает. 

Как-то наши ученые обнаружили, что людей напрягают парковки, эвакуаторы. ОСАГО, в этом отношении, — не приоритет. На самом деле «автогражданка» помогла уже десяткам миллионов, если учесть, что ежегодно происходит более двух миллионов страховых случаев.  Представляете этот объем средств?!    

И еще. Почему-то многие упускают из виду, что тариф ОСАГО вырос не так существенно, как лимит выплаты: со 120 тысяч  рублей до 400 тысяч по «железу» и со 160 тысяч  рублей до 500 тысяч  по жизни и здоровью.  

— Кроме того, что тариф вырос, напрягала и позиция  самих страховщиков, которые затягивали процесс получения ОСАГО, ставили в очередь или навязывали дополнительные продукты... 

— Давайте разбираться. Прежде всего, кросс-продажи никто не отменял. Ни в одной из отраслей. Вы приходите, например, в обувной магазин, вам кроме туфель предлагают купить шнурки, крем, щетку. Нужны они вам? Чаще всего — да. Так и со страховыми продуктами. Ошибочно мнение, будто страховщики предлагают что-то ненужное, как вы говорите, «навязывают». Это продукты сопутствующие, дополняющие и прочее. Но это вы выбираете, брать или не брать. Например, наш продукт страхования от несчастного случая, который защищает самого водителя — виновника происшествия. У нас нередки случаи, когда потом страхователи своему агенту благодарности пишут, за то, что он им такой полис предложил. 

Опять же, тех, кто приобрел дополнительные кросс-продукты, гораздо больше, чем людей, которые пошли жаловаться. Это — доли процента. 

Кроме того, мы, устав спорить с антимонопольными и прочими органами, сами в начале года ввели так называемый период охлаждения. Каждый человек, который приобрел у нас ту же «РОСГОССТРАХ ФОРТУНА» (страхование от несчастных случаев — ред.), может в течение пяти дней прийти в офис, расторгнуть договор и вернуть свои деньги. Вы думаете многие пришли возвращать? Мы спрашиваем у регуляторов: «Где вы видите здесь навязывание услуг?». 

Бремя лидера 

— Но это у вас так. И вовсе не значит, что другие страховые компании поступают точно так же. 

— Да, такой подход — наше конкурентное преимущество. Собственно говоря, мы практически удвоили количество страхователей. Одно время, из-за того, что ОСАГО перестало быть рентабельным, мы даже стали сокращать свою долю (в этом сегменте). Занимались этим весь 2013 год. В 2014-м, несмотря на все наши старания, не удалось продолжить этот процесс. К нам шли и в окна, и в двери. Наши коллеги уходили из регионов, сокращали свои продажи. И, соответственно, у «Росгосстраха» стала вновь расти доля. Без всякого удовольствия с нашей стороны. 

— А «Росгосстрах» не уходил из регионов, не сокращал агентскую сеть? 

— Мы ничего не сокращали и ниоткуда не уходили. Конечно, мы проводили оптимизацию, но  она была абсолютно рыночная. Например, мы улучшали место расположения офисов. Мы сделали оптимальным количество центров урегулирования убытков, потому что держать большой штат — дорогое удовольствие. Нас в этом сильно обвиняли. Мы спрашивали: «Коллеги, регуляторы, как же так?» У «Росгосстраха» было 2 тысячи подразделений, занимавшихся урегулированием убытков, в том числе 400 — специализированных. Мы оптимизировали  10%, меньше 200. И при этом наша сеть по урегулированию убытков больше, чем все сети наших коллег по рынку, вместе взятые. А на нас заводили административные дела, вызывали в суды. Понимаете, это — бремя лидера.     

— Вы сказали, что была оптимизация, но региональную сеть не сократили. А новые «точки» открывали? Или больше сосредоточились на дистанционном обслуживании?  

— Мы не пренебрегаем ни одним каналом. Развитие сети розничных продаж — через офисы, страховые отделы и так далее — происходит постоянно. Оптимизация сети идет все время.  Наши ОСП должны быть рентабельными. ОСАГО в регионах, конечно, занимает заметное место, но у нас весьма распространены продажи полисов страхования имущества физлиц:  только по этому продукту заключены миллионы договоров. 

Наши корпоративные продажи больше привязаны к мегаполисам, где на это есть спрос. А все электронные продажи регулируются из центра. Кстати, кое у кого из наших коллег была иллюзия, что их продажи через Интернет отберут у «Росгосстраха» долю. На это возлагались серьезные надежды (и сейчас еще возлагаются). Но действительность опровергла иллюзии. У нас доля онлайн-продаж ОСАГО выше доли наших стандартных продаж. Если в целом по стране у нас 40% рынка, то в продажах полисов е-ОСАГО наша доля 60%. И первые автовладельцы, которые стали приобретать полисы через Интернет, — все клиенты «Росгосстраха». Более того, когда с 1 октября появилась возможность приобретать е-ОСАГО в любой компании (а не только пролонгировать в своей), то из первых 10 автовладельцев в стране, которые воспользовались этой возможностью, 9 сделали это в «Росгосстрахе».

— Потому что ваши конкуренты в этом плане не особенно активны. Многие только приходят к тому, чтобы продавать онлайн... 

— Лично я не понимаю, что мешает нашим коллегам открыть сайт. Сегодня это может сделать даже самый слабый (игрок). Создал страницы в Интернете и, пожалуйста, продавай. 

— Да, но чтобы такой сайт работал, необходим соответствующий функционал, специальная платформа, возможность оперативной и качественной обработки данных...  

— Все это уже давно создано на базе РСА. Все проработано, поверьте. Дело в другом. Конечно, создать (сайт) можно. Но только кто пойдет, извиняюсь, к фирме «Пупкин и сыновья». Купить полис в страховании это даже не полдела. Главное — получить реальную помощь от страховщика. Возмещение ущерба. И здесь, слава Богу, наше население становится все более грамотным. И смотрит не туда, где можно просто купить (полис), а на тех, кто реально платит. И такой сетки, как у нас, нет больше ни у кого на рынке. И в ближайшем  обозримом будущем не предвидится. 

Но дело не только в нас. Тенденция такова, что клиенты из одних страховых компаний перетекают в другие. Причем идут к надежным, давно работающим на рынке, с безупречной репутацией. 

— Но ведь вы сами потенциальных клиентов к этому подталкиваете?   

— К переходу? 

— К тому, чтобы быть более грамотными и переходить от слабых к сильным, к лидерам. Взять, например, «Росгосстрах», который проводит активную информационную кампанию. И делает так, чтобы при каждом удобном случае звучало: «Росгосстрах. Под крылом сильной компании». 

— А что, это — чистая правда. Вы сомневаетесь? Посмотрите на наши результаты: что по сборам, что по выплатам. Ну это же факт! Если говорить о рознице, вы видите какого-нибудь игрока, близкого к нам? Исключая сегмент каско (добровольное автострахование, — ред.).  2014 год по этому виду мы закончили первыми, в этом — немного отступили. Но не потому, что напор ослабили. Просто чистим портфель. К нам отношение другое. Нам поступают предложения напрямую от крупнейших автопроизводителей. Они хотят с нами сотрудничать, потому что видят взвешенную, абсолютно точную политику «Росгосстраха». И нам не нужен рост любой ценой. Мы должны быть рентабельными и обеспечивать собственную финансовую устойчивость и платежеспособность.  Кстати, я абсолютно уверен, что только сильный  может по-настоящему защищать: Именно поэтому не могу считать мелких игроков страховыми компаниями. Для них есть другие формы работы на нашем рынке. Например, брокерская деятельность. Это, по крайней мере, честно: продал чей-то полис и ответственности не несешь.  
       
Чистота портфеля 

— Вы затронули такой сегмент, как каско. Автомобильный рынок сейчас развивается не так активно... 

— Можно сказать, совсем не развивается. 

— Это отразилось и на таких параллельных сферах, как автокредитование и автострахование. Каско — добровольное автострахование, которое при получении автокредита в банке становилось обязательным. Сейчас этот канал поступления новых клиентов для страховых компаний почти не работает. Верно ли, что у «Росгосстраха», некогда лидировавшего по моторным видам, каско сейчас плохо идет? 

— Не совсем так. В 2014 году, как и во все предыдущие годы, мы, однозначно, были лидерами по ОСАГО.  За нами были РЕСО  и ВСК. Если же взять каско, то три компании — «Росгосстрах», РЕСО и Ингосстрах — закончили прошлый год примерно с одинаковыми результатами. В 2015 году в сегменте каско компании РЕСО и Ингосстрах нас опередили. «Росгосстрах» — сразу за ними в тройке лидеров. А за нами, с большим отрывом, еще ряд компаний.  

Конечно, вы правы, что каско, в основном, развивается через сеть автосалонов. Это и сейчас сохранилось. Но, даже несмотря на то, что в салонах мы очень хорошо представлены, наш основной клиент идет не оттуда. Это, так называемые, свободные граждане, с которыми работают наши страховые агенты. 

Да, сегодня люди, в массе своей, экономят на «необязательных расходах». Ну, это им так кажется, что они экономят, рассчитывая на традиционный русский авось. Но тенденция сокращения трат, без которых можно обойтись, характерна не только для страхового или автомобильного рынка. Аналогичную ситуацию наблюдаем, например, на рынке бытовой техники и электроники. 

Думаю, это скоро пройдет. Кстати, такое вынужденное затишье позволило компании «Росгосстрах» провести серьезную работу по чистке портфеля, более детально его пересмотреть. Опять же, с точки зрения рентабельности, финансовой безопасности и платежеспособности. 

Кроме того, у нас принята и соответствующая тарифная политика. Потому что, если бы мы хотели оставаться первыми, то, наверное, не повышали бы тариф по каско, а сделали бы его более щадящим. 
 
— А банки вам серьезно помогали с новыми клиентами по каско?          

— Трудно считать помощью то,  что оказывается в корыстных целях. Корыстных, в хорошем смысле. Ведь банки на этом зарабатывали побольше некоторых СК: продали, получили свою комиссию и забыли. Однако, как канал, взаимодействие с банками неплохо работало. Но это был всего лишь один из многих каналов продаж.

К слову сказать, это старый вопрос: «Чей клиент автолюбитель?». Автосалона, у которого он купил машину? Банка, где взял автокредит? Или страховой компании, выдавшей полис каско? Мое мнение: кто с деньгами, тот и главный. Именно поэтому в последние годы «Росгосстрах» уделяет серьезное внимание развитию банковского направления. Сегодня банковские услуги можно получить в значительном количестве наших филиалов и страховых отделов. Например, в Ростовской области таких офисов уже 48. А наш РОСГОССТРАХ БАНК вышел на третье место в России по размерам филиальной сети.     

— Между прочим, если сегодня на банковском рынке очень заметны слияния и поглощения, то на страховом этого не происходит. Как вы думаете, почему? 

— Как раз сейчас на страховом рынке происходит слияние. ООО «Росгострах» присоединяется к ОАО «Росгосстрах». Это — более чем крупное событие. Для клиентов это ничего не меняет – они будут обслуживаться так же, как и обслуживались, в рамках тех же договоров.

С другой стороны, думаю, сейчас не тот период, чтобы кто-то кого-то покупал. Раньше, конечно, такие сделки были. Но сегодня... Субъектов страхового рынка в два раза меньше, чем банковского. Сейчас в России менее 400 СК. Причем, треть из них — медицинские. Еще какая-то часть — компании, специализирующиеся на страховании жизни. В действительности универсальных, работающих страховщиков — около 100. Так что (большой) вопрос — кого покупать? 

Мы все свои сделки уже совершили. Они были в прошлом. Мы не видим сегодня на рынке что-то, интересное нам, для приобретения. И потом, банки при слиянии берут что-то реальное. Да хотя бы те же здания и офисы. У большинства же наших коллег даже офисов нет. А если и есть, то это какие-то «конурки». Вроде однокомнатной квартиры с тремя сотрудниками, из которых один — секретарь. Это разве актив? 

Клиентский портфель компаний тоже малоинтересен. Повторюсь: в «Росгосстрахе» темпы прироста новых клиентов сильно выше средних по рынку. Кроме того, клиенты могут спокойно перейти из одной компании — в другую. Это банк сложно поменять. А СК — никаких проблем: дождался окончания срока договора страхования и — вперед. 

«Квартирный» вопрос 

— В чем вы видите основные сложности работы с потенциальными клиентами? 

— В безответственном поведении граждан. Например, в их явном нежелании страховать собственное имущество, крышу над головой. Ведь что может быть важнее для человека?!! У нас же охотнее страхуют «консервные банки» в виде автомобилей, но не идут страховать жилье. Напомню, в России около 65 миллионов объектов недвижимости. Из них застраховано около 10%, из которых 3 миллиона — у нас. И где, скажите, ответственное поведение россиян? Не хотят. Им, понимаете, лучше поиграть в лотерею с природой и другими рисками. 

— Просто есть надежда: в случае чего — помогут. Как уже было неоднократно с наводнениями в Крымске, Алтае, на Дальнем Востоке, с пожарами в Поволжье. 

— По-ни-ма-ю... В нашем государстве патерналистские традиции сильны как никогда и нигде. Многие (граждане) думают, что «прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете», что помогут. Разочарую: это — не всегда так. Вот это важно рассказать (аудитории).  

По моим наблюдениям, каждый год в России происходит минимум одна природная  катастрофа, которая становится достоянием общественности. Вы о них упомянули, но лучше — по годам. Итак, 2010-й — пожары в Центральной России и Поволжье. 2011-й — наводнение в Крымске Краснодарского рая. 2014-й — Алтай. Потом — Дальний Восток. В этом году — Хакасия, Сочи.  

Как только случается подобная проблема, тут же собирают штаб, заседают, решают. Рисуют бумаги. Отчетность. Спрашивают: сколько застраховано — сколько выплатили. 
Обычно мы собираемся в Минфине. И по селектору из местных органов власти какой-нибудь  зам гневно вопрошает: «Как же так? Вы еще не посчитали!». 

Мы говорим: «Господа, товарищи, успокойтесь. У вас чрезвычайная ситуация, мы понимаем. Мы параллельно работаем еще по 20-30 ЧС в стране, только они не стали достоянием широкой общественности. Но там количество пострадавших тоже измеряется десятками и сотнями объектов недвижимости, по которым работаем, урегулируем, платим. Просто вы стали известны, а они — нет. У вас выплатят всем, потому что государство начнет раздавать даже тем, кто не застраховал свое имущество». Так, кстати, было в Поволжье, когда люди несли в СК полисы и говорили: «Не хотим быть у вас застрахованными. Нам государство больше даст». Абсурд. 

Теперь о цифрах. В 2010 г. пострадали от массовых лесных пожаров примерно 2 тысячи строений. 800 из них были застрахованы. 95% — в «Росгосстрахе». А, например, на Кубани застраховано было уже порядка 10% от пострадавших. А на Дальнем Востоке — только 5%. Видите, какой разный уровень ответственности у граждан из разных регионов страны.  

У нас в стране сложилась довольно странная картина. С одной стороны, власти хотят, чтобы граждане активно страховали свое жилье. С другой — не хотят ограничивать их в получении (государственной) компенсации. Получается, что тот, кто застраховал и тот, кто не сделал этого, находятся в равной позиции. И тем, и другим государство будет одинаково помогать. 

Конечно, конституцией у нас определено право гражданина на жилье. Однако Гражданский кодекс запрещает заставлять гражданина страховать дом, квартиру, но в случае ЧС государство обязано ему предоставить жилье. Условно говоря, возникает некий конфликт. 

На мой взгляд, справедливо следующее: если гражданин страхует жилье, то должен получить полное возмещение своего убытка. Значительную часть (выплат) сделает страховая компания, а какую-то часть возьмет на себя государство. Если же гражданин не застраховал жилье, то государство ему поможет, но каким-то  иным способом. Например, предоставит жилье без права приватизации — на условиях социального найма.  

— Но ведь это прописано в проекте Закона о страховании жилья при чрезвычайных ситуациях. В первом чтении Госдума рассмотрела его еще в начале года. Но Закон до сих пор не принят. По вашим оценкам, когда это все-таки состоится? 

— Комитет по финансовому рынку Госдумы принял решение перенести рассмотрение законопроекта на осеннюю сессию. Это же прописано и в плане Правительства РФ. 

Победный гол

— Теперь о событии, которое уже произошло. В сентябре «Росгосстрах» подписал договор о сотрудничестве с Российской футбольной Премьер-лигой. Компания стала титульным спонсором Чемпионата России. Если ли у вас в связи с этим виды и на чемпионат мира-2018, который пройдет в нашей стране? 

— А что тут видеть?! В ближайшие три года самое популярное спортивное состязание в нашей стране — Чемпионат команд клубов российской футбольной Премьер-лиги — будет снова официально именоваться РОСГОССТРАХ Чемпионат России по футболу. Так что у нас договор до осени 2018 года, и практически весь этот период будет периодом активной подготовки к мировому чемпионату. Так что в этом плане мы не сможем остаться в стороне. 

— На каких условиях? 

— Это не обсуждалось при подписании договора с РФПЛ. Меня журналисты очень активно по этому поводу спрашивали. У нас контракт на три  года. Он вступил в силу с 25 октября. Впереди — большая работа. Только рекламных роликов будет примерно 30, с известной медийной персоной. Напомним наше фирменное «Все правильно сделал» и прочее. Для команд готовится форма с нашей символикой. Далее, восстановим пение гимна на трибунах. В поддержку российского футбола. Мировой чемпионат вообще не обсуждался. 

— Но планы  есть? 

— Не комментирую. Поверьте, это — совершенно иной уровень. С РФПЛ мы могли договариваться сами, но ЧМ-2018 — это совершенно иная история, другие должностные лица.   

Договор с РФПЛ — это, на самом деле, очень хороший контракт. Кстати, «Росгосстрах» стоял у истоков создания института титульного спонсорства в спорте вообще, и в футболе, в частности. Так вот, мы высоко ценим годы нашего сотрудничества с РФПЛ в интересах отечественного футбола. Ценность партнерства особо проявляется в наиболее сложные и ответственные периоды. Уверен, что накопленный совместный опыт работы «Росгосстраха» и Российской футбольной Премьер-лиги выведет наше сотрудничество на новый уровень. А наши совместные усилия помогут РФПЛ достойно подготовиться к приближающемуся мировому первенству. 

И еще. 6 октября 2015 года Группа компаний РОСГОССТРАХ вступила в 95-й год со дня основания. Все эти годы госстраховцы жили и работали вместе со страной — и также все вместе болели за отечественный футбол. Наша компания всегда активно поддерживала этот всенародно любимый вид спорта. Мы искренне рады, что вновь можем быть полезны российскому футболу.

Кроме того, футбол в России — это десятки миллионов болельщиков и любителей спорта, наиболее активная часть мужского населения страны. Это люди, которые следят за здоровьем и ценят безопасность. Именно они принимают в жизни все важные решения. Как раз на таких клиентов и делает ставку «Росгосстрах», продвигая на рынок современные, а, главное, необходимые страховые продукты.   

Беседовал Андрей Бакеев 



__________________________________________________________________________
*КБМ (коэффициент «бонус-малус») — один из коэффициентов, применяемый при расчете стоимости ОСАГО, учитывающий наличие или отсутствие выплат по закончившемуся договору страхования. Коэффициент был введен с момента принятия закона в 2003 году. Основной смысл КБМ — соотнесение размера страховой премии с качеством вождения. 


Возврат к списку

реклама

Прокат автомобилей в Ростове-на-Дону Прокат автомобилей в Ростове-на-Дону от 900 рублей в сутки
carental.ru

Автосервис в Ростове, кузовные работы и покраска авто Малярно-кузовной ремонт, кузовной ремонт и покраска авто, ремонт двигателя и многое другое.
100avto.me
Аренда автомобилей в Краснодаре Аренда авто в Краснодаре без водителя от 900 рублей в сутки !
krasnodar.carental.ru


реклама

новости статьи АвиаБилеты! конференции мероприятия выход в город